271. Матисс - Камуэну.

23 июля 1944 г.

Мой дорогой Камуэн,
Я очень тронут хлопотами, что ты предпринял для меня и которые так плохо обернулись для тебя. Надеюсь, твое колено совсем прошло. Могло бы случиться, что этот удар разбудил бы твой старый ревматизм. <...> Как жаль, что эта легкомысленная велосипедистка оказалась некрасивой. А то она могла бы ухаживать за тобой и, без особых медицинских знаний, помогла бы тебе перенести и даже совсем забыть боль.

Благодаря тому, что ты обратился к мадам Галанис, я получил от Галаниса сообщение, которого ждал. Ты, очевидно, знаешь, что бедная мадам Матисс была приговорена к 6 месяцам (тюрьмы), надеюсь, ей зачтут три месяца предварительного заключения. Мадам Матисс, милая, живая партнерша игры в домино в Танжере... Вспоминаешь ли ты эти дни, это хорошее время?

В жизни всегда много неприятностей. К счастью, их забываешь из-за других, которые за ними следуют. Надо помнить, что без огорчений не проживешь. Это главный урок, вынесенный мною же из Океании, где туземцы ненавидят всякие неприятности и готовы признаться во всем, в чем их обвинят, лишь бы не надо было защищаться.

И наоборот, европейцы, живущие там, находят жизнь томительной, потому что у них нет никаких затруднений. Они всегда испытывали какие-нибудь неприятности: наказания, школа, уроки, которые надо учить, родительская власть и т.д и все те огорчения, что надо переносить до самой смерти.

На Таити никаких неприятностей, но скука, из-за которой европеец ждет пяти часов, чтобы напиться или сделать себе укол морфия. Разврат с женщинами не приносит ему радости — его за это упрекает совесть. А мне казалось, что я уже претерпел все физические и моральные страдания. Так нет же: последовало еще это последнее испытание. Я не смею думать о Маргерит, о ней ничего не известно. Даже неизвестно, где она...

И я что-то раскис. Чтобы перенести мои огорчения, я очень много работал эти три месяца. Я истощился, и надо вновь зарядить аккумуляторы. Почти неделю я лежу в постели с печенью, боясь осложнения; в прошлом году оно чуть не привело меня к операции, которую я, конечно, не выдержал бы.

Вот, мой дорогой, борясь с чем или, вернее, несмотря ни на что, надо безмятежно писать и рисовать. В «Оливере Твисте» или «Давиде Копперфильде» герой Диккенса говорит: «Смеяться, когда хочется, не трудно. Но вот что здорово — это смеяться, когда не хочется».

Я думаю, для тебя, если бы ты не сопротивлялся, жизнь была бы нелегка при осложнениях военного времени и отсутствии воздуха, — наверное, у тебя под крышей жарко. Если трудно смеяться, по крайней мере надо уметь все выносить.

В одной новой книге о Шарле Луи Филиппе я прочел: «Рядом с подставкой с десятью трубками — из них самая любимая трубка в виде трубы — висел плакат со словами Достоевского: „Тот, кому дано больше других страдать, достоин этого страдания"». Наш папаша Моро тоже говорил нам утешительные слова:
«Чем больше жизненных тягот, тем больше сил дает Господь Бог, чтобы их перенести». А тягот нам хватает.

Итак, дорогой Камуэн, еще раз спасибо, что откликнулся на мой призыв. Старая дружба — все же одно из лучших благ жизни.

Сердечно твой Анри Матисс

Вернуться к списку писем по адресатам

Вернуться к списку писем по датам


Цветы и керамическая тарелка. 1911. Холст, масло. Городской институт искусств, городская галерея, Франкфурт на Майне, Германия

Танец. 1910. Холст, масло. Эрмитаж.

Красная студия. 1911. Холст, масло. Музей современного искусства, Нью-Йорк, США.



 
Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Анри Матисс. Сайт художника.