«ЖЕНЩИНА В ШЛЯПЕ»
Что же представляла собой «Женщина в шляпе», наделавшая столько шума? Обратимся сначала к свидетельствам двух «заинтересованных лиц», представляющих два разных поколения, — Амбруаза Воллара и Франсиса Карко. Именно с этого портрета, столь непонятного, столь бурно осуждавшегося, и началась эволюция художника
Подробнее >>
Словарь >>. Воллар не ошибся, сказав позднее:
«Вот уж кто поистине разочаровал людей, желающих, чтоб художник всегда работал в одной и той же манере
Подробнее >>
Словарь >>, так это Матисс
Подробнее >>
Словарь >>. Отказавшись от серых тонов
Подробнее >>
Словарь >>, которые так нравились любителям, он пришел вдруг к ярким краскам
Подробнее >>
Словарь >>, как в «Женском портрете
Подробнее >>
Словарь >>», выставленном в Осеннем салоне
Подробнее >>
Словарь >> 1905 года и ознаменовавшем новый этап развития его таланта
Подробнее >>
Словарь >>. И хотя его смелость не выходила за рамки классицизма
Подробнее >>
Словарь >>, чистые тона
Подробнее >>
Словарь >> его картины
Подробнее >>
Словарь >> навлекли на него подозрение в том, что он заключил соглашение с «дикими
Подробнее >>
Словарь >>».
Этого было более чем достаточно, чтоб пробудить подозрения президента Осеннего салона Франсиса Журдена. Он охотно сочувствовал поискам новой живописи
Подробнее >>
Словарь >>, но, будучи осторожным руководителем, проявлял определенный оппортунизм, всячески стараясь не идти на открытый разрыв с академическим искусством
Подробнее >>
Словарь >>, которое все еще было очень популярно. Потому-то, пребывая в постоянном страхе, что кто-либо из его подопечных скомпрометирует его, он и считал, что Матисс
Подробнее >>
Словарь >> в своем «Женском портрете
Подробнее >>
Словарь >>» чересчур современен».
Выступая в роли защитника интересов художника
Подробнее >>
Словарь >>, оп настаивал на том, чтобы жюри отклонило картину
Подробнее >>
Словарь >>. Тем не менее она была принята. «Бедный Матисс
Подробнее >>
Словарь >>! — скорбно воскликнул Журден. — А я-то думал, что у него здесь все друзья!»
Воспоминания Франсиса Карко более непосредственны. Они исполнены искренних
Подробнее >>
Словарь >> чувств молодого человека, каким и был тогда, в 1905 году, автор «Иисуса-перепелки», ставший несколько лет спустя сотрудником Луи Вокселя в отделе художественной хроники журнала «Gil Blas». Он тоже рассказывает нам о Матиссе
Подробнее >>
Словарь >> времен «Женщины в шляпе».
«Это полотно — портрет
Подробнее >>
Словарь >> мадам Матисс
Подробнее >>
Словарь >>, и я помню, какое необычное впечатление оно произвело на меня. У меня еще не было сложившегося мнения о современной живописи
Подробнее >>
Словарь >>. Дискуссии, которые она вызывала у Макса Жакоба,1 на улице Равиньян, между Гийомом Аполлинером и Пикассо или у Фреде2 во время шумных бдений в кабачке «Лапен ажиль», не были для меня убедительными. Пикассо принципиально никогда не выставлялся и показывал свои картины
Подробнее >>
Словарь >> только узкому кругу посвященных. Поэтому оставалось довольствоваться афоризмами, изрекаемыми им доктринерским тоном
Подробнее >>
Словарь >>, с некоторой долей юмора, рассчитанного на аудиторию. Все вертелось вокруг этих разглагольствований. Я задавал себе вопрос, не получает ли Пикассо, несмотря на его поразительный дар убеждения, больше удовольствия, мистифицируя нас, чем занимаясь живописью
Подробнее >>
Словарь >>.
В это-то время знаменитая
Подробнее >>
Словарь >> «Женщина в шляпе» в одно мгновенье заставила меня понять больше, чем все эти парадоксы.
Наконец я мог дать себе отчет в том, что подразумевали мои друзья под словом «портрет
Подробнее >>
Словарь >>». Там не было ничего, что физически присуще человеку. Создавалось впечатление, что художник гораздо больше заботился о своей индивидуальности, чем об индивидуальности модели
Подробнее >>
Словарь >>. Я не был знаком с мадам Матисс
Подробнее >>
Словарь >>, но, по словам Гертруды Стейн, это была «высокая женщина с удлиненным лицом и крупным волевым надменным ртом». Как бы нелестно ни было это описание, я должен согласиться с тем, что оно вполне совпало с моим впечатлением
Подробнее >>
Словарь >> от портрета. При взгляде на это странное полотно, линии которого были как бы прочерчены углем на стене, а холодные тона
Подробнее >>
Словарь >>, казалось, были наложены по трафарету
Подробнее >>
Словарь >> и уравновешивали друг друга, столь отчетливо чувствовалось заранее обдуманное намерение, что спустя более чем тридцать лет я этого не забыл». (Не следует ли здесь указать на то, что в этом полотне
Подробнее >>
Словарь >> самые теплые, яркие тона
Подробнее >>
Словарь >> — марена, киноварь, кармин, по крайней мере, уравновешивают холодные — изумрудно-зеленый и фиолетовый кобальт?) Картина действительно незабываемая: широкие цветовые плоскости и энергичные черные обводы — так, в частности, выделены глаза, неотвязная напряженность которых напоминает Эль Греко, одного из художников
Подробнее >>
Словарь >>, особо изучавшихся Матиссом
Подробнее >>
Словарь >> в Лувре задолго до встречи с ним в Испании.
Ведь и сам он, когда я однажды спросил его о впечатлениях
Подробнее >>
Словарь >> от Прадо
Подробнее >>
Словарь >> I Толедо, о всех увиденных им там полотнах
Подробнее >>
Словарь >> Греко, Веласкеса, Гойи, ответил мне: «Я утвердился там в тех представлениях, которые смог вынести из Лувра
Подробнее >>
Словарь >>, где эти художники
Подробнее >>
Словарь >> представлены немногочисленными, но лучшими полотнами
Подробнее >>
Словарь >>».
Как бы то ни было, а может быть, именно из-за всей этой шумихи «Женщина в шляпе» нашла себе покупателя. Им оказалась Гертруда Стейн. Именно потому, что эта покупка совершилась, строки Гертруды Стейн заслуживают места в этой книге, равно как и в истории французского искусства
Подробнее >>
Словарь >>.
«Эта картина (приведшая публику в такую ярость, что ее пытались сорвать) нравилась Гертруде Стейн... Полотно было очень странным по цвету
Подробнее >>
Словарь >> и анатомии. Она сказала, что хочет его купить. В это время ее брат Лео захотел приобрести понравившуюся ему картину
Подробнее >>
Словарь >> — женщину в белом на зеленом газоне. Как обычно, они решили купить эти две картины
Подробнее >>
Словарь >> одновременно и отправились к секретарю Салона, чтобы выяснить их стоимость.
...Секретарь взглянул на цены в своем каталоге. Гертруда Стейн забыла номер, цену и даже имя художника
Подробнее >>
Словарь >>, написавшего женщину в белом с собакой на зеленом газоне; Матисс
Подробнее >>
Словарь >> же стоил пятьсот франков. Секретарь объяснил, что никто, разумеется, не платит сумму, указанную художником
Подробнее >>
Словарь >>, но что можно сделать контрпредложение. Они спросили о том, какую сумму им следует предложить. Он же, в свою очередь, осведомился, сколько они сочли бы возможным заплатить. Они ответили, что не знают. Он посоветовал им предложить четыреста франков и обещал им сообщить ответ. Они согласились и ушли...
На следующий день секретарь сообщил им запиской, что Матисс
Подробнее >>
Словарь >> отверг их предложение, и спросил их, что следует делать. Они решили вновь пойти в Салон и еще раз взглянуть на картину
Подробнее >>
Словарь >>. Так и сделали. Посетители фыркали, глядя на картину
Подробнее >>
Словарь >>, и даже пытались ее сорвать. Гертруда Стейн не могла понять, почему ей картина кажется совершенно естественной».
Лео Стейн со своей стороны считал, что эта «Женщина в шляпе» есть не что иное, как «жуткая мазня». Матисс
Подробнее >>
Словарь >> сам мне говорил о том, что эта картина, но справедливости знаменитая
Подробнее >>
Словарь >> теперь, была все же приобретена Гертрудой. По всей видимости, она уступила ее своей золовке Саре,3 которая восхищалась этой картиной
Подробнее >>
Словарь >> с первого дня. Аньес Эмбер, очень знающий биограф Давида,4 в своем замечательном комментарии к тексту Гастона Диля прекрасно объяснила, что послужило причиной сарказма и ярости публики, помешанной на олеографиях, составлявших честь и славу официального Салона: «Зеленая тень» от шляпы на лбу мадам Матисс
Подробнее >>
Словарь >>, еще одна зеленая тень от носа на щеке в розовых и красных пятнах; волосы цвета
Подробнее >>
Словарь >> киновари, фиолетовая шляпа с разноцветными перьями
Подробнее >>
Словарь >>, зеленая перчатка, пестрое платье — все было рассчитано на то, чтоб поразить, не говоря уже о фоне, который, казалось, представлял собой произвольно соединенные цвето-плоскости — от золотисто-желтой до неаполитанской желтой, от чисто-зеленой до красной и оранжевой, от розоватой до синей. Те же краски
Подробнее >>
Словарь >> можно видеть и в «Открытом окне в Коллиуре», написанном тогда же; это буйство красок
Подробнее >>
Словарь >>, радости, этот гимн свободе, не могли не задеть зрителей 1905 года».
1 Жакоб Макс (1876 — 1944) — французский писатель и художник, друг Пикассо.
2 Фреде (или папаша Фреде) — владелец монмартрского кабачка «Лапен ажиль» («Проворный кролик»).
3 Стейн Сара (1870 — 1953) — жена Майкла Стейна. До замужества она некоторое время училась живописи
Подробнее >>
Словарь >> и играла важную роль в приобретении ее мужем различных картин
Подробнее >>
Словарь >>.
4 Аньес Эмбер — автор монографии о Давиде, переведенной на русский язык: Эмбер А. Луи Давид, живописец и член Конвента. М. — Л., 1939.