СВИДЕТЕЛЬСТВА ОЧЕВИДЦЕВ
«По-моему, — говорила мне мадам Дороти Бюсси, вдова художника
Подробнее >>
Словарь >> Симона Бюсси,— Матисс
Подробнее >>
Словарь >> был и навсегда остался абсолютно неверующим. Ничто не позволяет нам полагать, что возведение капеллы в Вансе, бывшее, с моей точки зрения, не чем иным, как наивысшим «развлечением художника
Подробнее >>
Словарь >>», вызвало у него хоть малейшее чисто религиозное душевное движение.
Он, разумеется, задумал и создал
Подробнее >>
Словарь >> ее со всей серьезностью и уважением, но его рвение носило чисто художественный характер. В его душе, полностью занятой искусством
Подробнее >>
Словарь >>, никогда не было места богу. Он никогда этого не скрывал, но церковь, очевидно прилагает все усилия к тому, чтобы заставить поверить, что Матисс
Подробнее >>
Словарь >> работал с верой (осторожная, сдержанная позиция монсеньора Ремона, епископа Ниццы, н доминиканских монахов находится в полном противоречии с подобным утверждением).
Что касается меня, я не могу в это поверить, как не могу поверить и в то, что он одобрил бы церковные похороны, но поскольку меня не было в Ницце в момент его смерти, то я не знаю, кто несет за это ответственность...»
Ответ, полученный мной от мадам Анри Матисс
Подробнее >>
Словарь >> и мадам Маргариты Матисс-Дютюи, гласит: ответственность несут вдова, дочь и сыновья этого великого человека, единодушно желавшие церковного обряда, и все это без малейшего давления со стороны церкви.
— Почему? — спросят мадам Бюсси и вместе с ней многие противники всякой мистики.
«— Почему? — повторила мадам Матисс
Подробнее >>
Словарь >>. — Потому что мой муж выразил желание, чтобы наш брак был благословлен священником. Он, как и я, считал нужным, чтобы наши дети были крещены. В этом Анри был неизменен: «Почему,— говорил он мне,— не сделать того, что до нас делали мои родители и деды, все члены моей семьи в течение веков?»
Действительно, благодаря своим родным, и в частности обожаемой им матери и теткам, Анри получил католическое воспитание. Он был крещен и принял также первое причастие. Поэтому, несмотря на призывы его крайне левых друзей, в частности Синьяка и Марселя Самба, мой муж всегда отказывался от участия в выступлениях против католической церкви...»
Позиция умеренная, сама по себе ни в коем случае не доказывающая, что, возводя капеллу
Подробнее >>
Словарь >> в Вансе, Матисс поддался порыву религиозного рвения. Если верить сестре Мари-Анж (а как можно ей не верить?), Матисс
Подробнее >>
Словарь >>, во время пребывания в Клиник дю Парк в Лионе, в начале 1941 года, решил воздвигнуть в знак благодарности монахиням, завершавшим дело его спасения, начатое Рене Леришем и профессорами Вертхеймером и Санти, доминиканскую капеллу
Подробнее >>
Словарь >> (в этот момент он произнес слово, которое повторится десять лет спустя в его комментарии к Капелле
Подробнее >>
Словарь >> четок: «полезно»).
И в самом деле, показывая почти каждый день сестре Мари-Анж планы и детали
Подробнее >>
Словарь >> храма, который он думал тогда возвести в Грамоне, Матисс
Подробнее >>
Словарь >> постоянно повторял: «Вы думаете, это будет хорошо? Мне хотелось бы, чтобы это было полезно. Вы полагаете, это может быть полезно?»
А вот свидетельствует другая женщина в белой одежде
Подробнее >>
Словарь >> под черным покрывалом, сестра Жак-Мари. Она из Вандеи, бежала в Ванс со своим отцом, старым отставным офицером. У нее был диплом медицинской сестры, и она искала работу. Ей сказали об Анри Матиссе
Подробнее >>
Словарь >> и о том, что по своему состоянию он нуждается в постоянном уходе. Молодая, очень красивая девушка явилась к Матиссу
Подробнее >>
Словарь >> и была сразу же принята в качестве медицинской сестры.
Летом 1942 года ее присутствие оказалось крайне необходимым. В это время врачи в Ницце настаивали на том, чтобы оперировать Матисса
Подробнее >>
Словарь >> по поводу желчнокаменной болезни. Чтобы спастись, художник, к счастью, срочно вызвал профессора Вертхаймера, которому, при веской поддержке профессора Гютмо, удалось доказать медицинскому миру Ниццы, «каким безумием было бы отправить на операционный стол этого тяжелого гипертоника».
Увидев у своего изголовья лицо, исполненное такого классического изящества, Матисс
Подробнее >>
Словарь >> был взволнован, а узнав, что его медицинская сестра интересуется живописью
Подробнее >>
Словарь >>, попросил ее однажды позировать ему несколько сеансов...
По-видимому, не вызывает сомнений, что позднее, после того как прекрасная девушка из Вандеи приняла постриг, Матисс
Подробнее >>
Словарь >> вдохновлялся ею для изумительного профиля португальской монахини.1
Если молодая беженка отложила на некоторое время решение вступить в орден госпитальеров, то лишь для того, чтобы продолжать ухаживать за Анри Матиссом
Подробнее >>
Словарь >>.
Дела шли гораздо лучше, когда в 1947 году девушка из Вандеи, ставшая послушницей доминиканского ордена, была послана в Фуайе Лакордер в Вансе, санаторий, где находились на излечении молодые девушки, которым угрожал туберкулез. Таким образом
Подробнее >>
Словарь >>, медсестра и выздоравливающий не расстались, поскольку вилла Матисса
Подробнее >>
Словарь >> «Мечта» на дороге Сен-Жанне и Фуайе Лакордер находятся почти друг против друга.
Мать Жилле, настоятельница Фуайе Лакордер, собиралась тогда отремонтировать старинную часовню, опустошенную пожаром. Однажды сестра Жак-Мари беседовала с Матиссом
Подробнее >>
Словарь >> на эту тему и предложила ему посмотреть небольшой проект витража. Акварель заинтересовала художника
Подробнее >>
Словарь >>, а еще больше идея восстановления часовни или даже ее строительства.
Эти проекты витражей он осуществит сам. И вскоре сестра Жак-Мари понимает, что для художника
Подробнее >>
Словарь >> — это давно лелеемый план.
«Я увидел,— не раз говорил Матисс
Подробнее >>
Словарь >> Рене Леришу,— в том факте, что в Лионе за мной великолепно ухаживала одна сестра-доминиканка, а затем в Вансе — другая монахиня-доминиканка, говорившая со мной о Капелле
Подробнее >>
Словарь >> четок, я увидел поистине небесное предначертание, некое божественное знамение
Подробнее >>
Словарь >>...»
О том, как на это реагировал Арагон, Матисс
Подробнее >>
Словарь >> шутливо рассказывал одному из друзей Альфреда Барра. Вскоре после того как был окончен первый макет капеллы
Подробнее >>
Словарь >>, к Матиссу
Подробнее >>
Словарь >> приехал Луи Арагон. Как обычно, беседа вскоре приняла самый дружеский характер. Через час Матисс
Подробнее >>
Словарь >> показал пальцем в угол комнаты, где на столе стоял макет.
— Вы ни слова не промолвили о моей капелле
Подробнее >>
Словарь >>,—лукаво сказал Матисс
Подробнее >>
Словарь >>,— она вам нравится?
Войдя в комнату, Арагон сразу же заметил макет храма, но решил не обращать внимания на неприятный для него предмет. Даже теперь, несмотря на настояния Матисса
Подробнее >>
Словарь >>, он не захотел повернуть голову, чтобы на него взглянуть. В конце концов Матисс
Подробнее >>
Словарь >>, притворившись разгневанным, схватил стоявшую у изголовья своей кровати чернильницу и пригрозил ею Арагону: «Слушайте, посмотрите на этот макет, или я разобью ее о вашу голову!» — сказал он, смеясь несколько принужденно.
На этот раз поэт был вынужден уступить хозяину. Посмотрев молча на макет модели
Подробнее >>
Словарь >>, он сказал: «Очень красиво, очень весело! Когда мы придем к власти, мы превратим это в танцевальный зал!»
Тут Матисс
Подробнее >>
Словарь >> взорвался:
«Ну нет! Этого никогда не будет. У меня официальная договоренность с муниципалитетом Ванса о том, что если когда-нибудь монахини будут экспроприированы, капелла станет музеем
Подробнее >>
Словарь >>, историческим памятником
Подробнее >>
Словарь >>».
На этом дело не кончилось. Вот что рассказал однажды Матисс
Подробнее >>
Словарь >> профессору Леришу:
«Арагон возобновил атаку, и, поскольку он начал упрекать меня, я был вынужден ему ответить: «Я делаю то, что мне доставляет удовольствие. И я, впрочем, давно уже имел желани поступить именно таким образом
Подробнее >>
Словарь >>». Он же продолжал уж очень настаивать на своем, и мне пришлось его выставить (слова, услышанные Рене Лерпшем из уст Матисса
Подробнее >>
Словарь >>, носили несколько более резкий характер), крикнув ему: «Я делаю то, что хочу. Вы не можете меня понять!»
«Верю ли я в бога? — писал Матисс
Подробнее >>
Словарь >> в 1947 году в «Джазе». — Да, когда работаю. Когда я покорен и скромен, я чувствую, что мне будто кто-то помогает, заставляя создавать
Подробнее >>
Словарь >> вещи, стоящие выше меня».
1 На самом деле для фронтисписа «Писем португальской монахини» позировала Аннели Нельк, а для остальных иллюстраций
Подробнее >>
Словарь >> — Дуся Ретинская.