Главная > Книги > Заметки живописца > Введение > Работа - главное в жизни


  


Работа - главное в жизни.

1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9

В январе 1934 года Матисс пишет советскому графику Г. Ечеистову: «Я рассматривал с большим интересом Ваши гравюры "Жерико" и "Прюдон", которые Вы столь любезно мне преподнесли...»

Многие примеры, приведенные из переписки А. Матисса с советскими корреспондентами, свидетельствуют не только об ее систематичности и постоянстве, но и о том, что суждения Матисса принципиальны, объективны и доброжелательны, полны искреннего интереса к творчеству советских художников, к отдельным проблемам советского и вообще современного искусства. Как художественный критик Матисс может в какой-то степени служить эталоном для всех, кто работает в этой области.

Письма А. Ромму — едва ли не самые важные документы второй части сборника. Без сомнения, Матисс и сам придавал большое значение всему, что он высказал в письмах Ромму. Напомним письмо Матисса Б.Н. Терновцу от 20 июня 1935 года: «Я не писал по вопросам живописи с момента войны, если не считать писем г-ну Ромму, — на эти темы я писал значительно раньше в "La Grande Revue".

Возможно, что успешное завершение росписи по заказу А. Барнса и осмысление этой работы и связанных с ней проблем в переписке с А. Роммом склонили Матисса к последующим его выступлениям в печати по вопросам искусства.

Читатель найдет много интересного и в письмах А. Рувейру, Л. Арагону, А. Лорансу, в которых Матисс много пишет о работе над книгами и рисунками, живописью и декупажами, о капелле Чёток в Вансе.

Работа — самое главное в жизни Матисса, мысли о ней не покидают его, почти в каждом письме своим друзьям он пишет в основном только об этом.

В письме Л. Арагону от 1 сентября 1942 года:
«...Я думаю только о работе...»
В письме Л. Арагону из Ванса от 22 августа 1943 года:
«...В моем возрасте никогда не знаешь, не будет ли работа, которую делаешь, последней в жизни, — и надо было сделать ее как можно лучше; уже нельзя отложить осуществление своей мысли на следующий раз...»
«...Я чувствую себя хозяином своей судьбы, и в этом состоянии духа ничто не имеет значения, кроме завершения всех этих лет труда...»
В письме А. Рувейру от 3 октября 1944 года:
«...Я все время работаю или готовлюсь к сеансам».
В письме А. Рувейру от 12 января 1946 года:
«...Я даже не работал сегодня днем, а ведь только за работой я чувствую, что стоит жить».

По свидетельству Л.Н. Делекторской, он иногда рисовал даже ночью, в минуты тяжелых бессонниц, чтобы отвлечься... По ее словам, после микроинфаркта, за день до смерти Матисс попросил карандаш и сделал три портретных наброска.1

Матисс продолжал настойчиво работать и в самое трудное для него время: с 1941 года он тяжело болен; в этот период значительная часть Франции, его родины, оккупирована немецкими фашистами; его жена и дочь арестованы гестапо за участие в движении Сопротивления, и Матисс долгое время ничего не знает об их участи; он тревожится за сына Жана, помогавшего борцам Сопротивления...

Именно работа помогает ему пережить эти трагические обстоятельства. Более того, почти все его произведения этих лет, словно наперекор всему, светлы, оптимистичны и жизнерадостны по настроению. Вот что написал по этому поводу Л. Арагон уже после окончания войны:

«Именно в драматическую минуту нашей общей истории, в 1941-м, при двойном свете поражения и Ниццы, города, где немыслима безысходная горечь, так как от этого защищает само его небо, я вновь приобщился к тому, что было духовной атмосферой моей юности, приник к этому своеобразному бальзаму от наших французских горестей. Мне уже стукнуло сорок, и глаза мои изменились от глубоких вод прожитого и пережитого...

...Мне попросту казалось, что пробил час осознать в Матиссе нашу национальную действительность, что пора полюбить его не за необычность, как во времени, когда мне было двадцать лет, но за то, что он часть Франции, за то, что он — Франция.

...Есть художники, прославившиеся именно этим качеством, именно тем, что они способны, по крайней мере на пятьдесят лет, ослепить людей, которые видят в их живописи только свет. Такие художники — словно открытое окно во мраке жизни, по ним молодые люди составляют представление о солнце»2.

В этот же раздел сборника включена переписка А. Матисса с Ш. Камуэном, П. Боннаром, Т. Паллади, состоящая не только из писем самого Матисса, но и писем, адресованных ему. Особая привлекательность этих документов заключается в том, что это переписка друзей, единомышленников, собратьев по творчеству. Эти письма не только характеризуют Матисса — человека и художника, его друзей, но и представляют собой богатейший материал для изучения художественной жизни Франции нашего столетия.

С П. Боннаром Матисс постоянно поддерживал тесные дружеские связи, регулярно переписывался в 1925 — 1946 годах. Друзья обсуждали проблемы творчества, информировали друг друга о своей работе, составлявшей для них обоих смысл и дело всей жизни.


1 Находятся в семье художника.
2 Арагон Л. Анри Матисс: Роман. Т. II. С. 77 — 78.

1 - 2 - 3 - 4 - 5 - 6 - 7 - 8 - 9


Цыганка. 1906

Берег. 1907. Холст, масло. Музей искусства, Базель, Швейцария

Лежащая обнаженная. 1906. Холст, масло.



 
Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Анри Матисс. Сайт художника.